Что слушать в эту пятницу
Courtney Barnett — Creature of Habit
Кортни переехала из Австралии в Калифорнию и вдохнула новую жизнь в свою музыку. Например, она никогда не сочиняла таких поп-припевов и не пела так высоко, как в песне Wonder, да и эмоций в ее фирменном безэмоциональном голосе прибавилось. Барнетт по-прежнему отказывается смотреть на мир слишком серьезно и загоняется по пустякам (например, что говорит о ней любимая, когда ее самой нет рядом), но больше не прячется за слоями иронии — и пытается, как сама поет в песне Mantis, найти идеальную мелодию. Альбом, от которого становится очень хорошо — и потому, что мелодии она находит, и потому, что ее открытость, признание своей тревожности и недостатков очень располагают к себе.
Flea — Honora
Один из самых известных басистов в мире воссоединяется с музыкой и инструментом своего детства (он играл на трубе, отчим — джазмен). Результат — довольно консервативный джаз, построенный от баса, с Йорком и Кейвом в качестве гостей, который приятно слушать, потому что его автору было очень приятно его записывать.
Fcukers — Ö
Довольно бесстыдный (взять хотя бы название!) хаус-дабстеп про гедонизм, вечеринки и тусовки, который не менее бесстыдно продвигали в музыкальной прессе задолго до альбома. Дебютный альбом звучит лучше ожиданий и первых синглов, которые казались попыткой возрождения дэнс-панка и прочего инди-слиза начала нулевых: это просто очень качественно сделанная актуальная танцевальная музыка.
Tigers Jaw — Lost on You
Довольно консервативное по звучанию эмо от одной из самых уважаемых относительно новых групп в жанре: звучит монументально, с запилами, в умеренном темпе, с хорошими припевами и песнями, которые хоть сейчас пой под гитару у костра. Собственно, в этом и ценность Tigers Jaw — в проникновенной лирике про то, как лирическому герою не очень хорошо, и с этим тут все в порядке.
Robyn — Sexistential
Сексуальный альбом про то, что любви все возрасты и социальные статусы покорны, даже статус матери средних лет, коей Робин и является. Очень танцпольная запись, которая делает ровно то, что от нее ожидаешь — заставляет танцевать, даже если сидишь перед компом в обед в пятницу.
RAYE — THIS MUSIC MAY CONTAIN HOPE.
Арэнби-мюзикл о том, как жить и любить девушке в большом городе, крайне амбициозный и переполненный содержанием, как музыкальным, так и лирическим. И как и любой подобный проект, он плохо воспринимается в формате синглов — одна песня перетекает в другую, повествование об whatsapp-измене понятно, только если слушать внимательно. Разве что Beware... The South London Lover Boy. выделяется.
Snail Mail — Ricochet
Хороший альбом хорошей певицы, которая, подрастеряла мрачность и депрессивность и стала писать песни, до невозможности похожие на творчество коллеги по инди-сцене Soccer Mommy. Альбом не для новых слушателей: если у вас есть эмоциональная связь со Snail Mail, то вам понравится, а так лучше начать с Lush.
Actress, Suzanne Ciani — Concrète Waves
За «ебанину недели» в эту пятницу отвечает живой дуэт Даррена Каннингема и Сюзанны Киани (это запись их выступления в Лондоне, на которой мне удалось побывать). Киани отвечает за волны и мелодичное пиликанье, Actress вполне узнаваемо дополняет бетона в виде битов на FM-синтезаторе, все вместе звучит как памятник брутализму, в котором они и играли эту музыку (концерт проходил в Барбикане).
Очень много музыки вышло, кучу всего пропустил!
Стрим сегодня в 17:00 GMT / 20:00 MSK по ссылке. Ставьте колокольчики, присылайте в чат, что пропустил, послушаем вместе!
Постоянно обновляемый плейлист в спотифае | снэпшот на сегодня во всех сервисах
Тейк недели: Та Самая Песня
Одно из лучших музыкальных видео в интернете: 2016 год, 22-летняя Маргарет Роджерс, которая то чтобы понимает, что делать со своей жизнью, но явно хочет заниматься чем-то, связанным с музыкой (у нее за плечами два фолк-альбома), учится в престижном нью-йоркском музыкальном колледже. У нее писательский блок: два года она не может ничего сочинить, причем как раз во время учебы (Мэгги, правда, учится на инженера). Она работает интерном у Лиззи Гудман и помогает ей расшифровывать аудиозаписи для книги Meet Me In The Bathroom.
Писательский блок заканчивается незадолго до мастер-класса Фаррелла Уильямса в колледже. Она за 15 минут пишет песню Alaska, в основу которой вошли полевые записи, сделанные на прогулке, и ритм, который Мэгги настукала себе по ноге. Звук той самой вступительной мелодии придумал друг Мэгги Даг Скадт, синтезаторный плагин был немного расстроен, и его это беспокоило, но в миксе звучало отлично.
Фаррелл просто в шоке. «Я никогда не слышал никого, кто звучит как ты. Я не слышал ничего похожего. Это мой наркотик». Потом он обращается к остальным участникам мастер-класса и говорит: «Очень важно использовать в музыке элементы, которые не звучат привычно. Вы должны хотеть сочинять и петь вещи, которые мелодически не звучат как хиты. Вы должны сочинять музыку, которая не звучит как популярная». Именно в этом поиске, в комбинации таких элементов с чем-то более привычным и получается прорывная музыка, говорит он — и по карьере Фаррелла понятно, что он сам своим советам следует строго.
Мне кажется, любой, кто слышал Alaska тогда, в 2016-м, испытывал схожие с Фарреллом эмоции. Это сейчас такой музыки много, а в то время Билли Айлиш только-только выложила на саундклауд Ocean Eyes. В воздухе повис вопрос — а может ли Мэгги написать что-то еще подобное? Время показало, что нет: она совсем другого характера человек, музыкант и сонграйтер, у нее нет амбиций большой поп-звезды, ей интереснее фолк-музыка, и в Alaska просто удачно все сошлось.
Найти себе такую песню, как Alaska, непросто. Но все же находятся, и для меня они, как и для Фаррелла, словно наркотик. Взять вот песню ghost группы mary and the junkyard. Утопающий в перегрузе фолковый гитарный перебор на одном аккорде (мажорный септаккорд си бемоль) со сменяющейся басовой нотой, которая и создает гармоническое движение (родное для си бемоль мажора ре, третья ступень, отвечающая за мажор, и совершенно не родное до, создающее ощущение, что что-то тут совершенно не то)
Человека по имени Мэри в группе нет: песню о красивых людях, курящих на кухне и о том, как тот самый человек тебя не замечает, поет Клари Фримен-Тейлор. Ключевой элемент здесь — это, как и в Alaska, самое начало: вокализ «у-уху-уху-уху-уху», который работает как рефрен и повторяется перед каждым куплетом, становясь эхом припевного “and you howl”.
Их мало кто знает: всего 50 тысяч слушателей на спотике, всего 100 тысяч просмотров у клипа, хотя должны быть десятки миллионов. Но я мало знаю людей, которые не влюбились в ghost с первых секунд. Однажды я играл концерт в лондонском Cavendish Arms, и на саундчеке звукоинженер крутил какую-то музыку. Я услышал ghost и переменился в лице: на меня эта песня оказывает какой-то неописуемый эффект, хочется сразу сесть и завернуться в плед, она будит во мне все те моменты, когда незамеченным чувствовал себя я сам. Инженеру было за 60, такой панк в возрасте, который видал многое. Мы разговорились: mary and the junkyard играли в этом клубе несколько лет назад, и он, как и многие другие, с первых нот влюбился в эту песню и с тех пор регулярно ставил ее между сетами.
Если у Мэгги Роджерс амбиций сочинять новую Alaska не было, то у Клари, кажется, нет желания останавливаться. В июле у mary and the junkyard выходит дебютный альбом, на запись которого группа потратила два года — будет ли на нем новая ghost?